Я, конечно, догадываюсь, что название этой заметки читателю пока непонятно. Но это ничего, скоро всё станет ясно. Год назад в кэмпинге на Cape Cod’e, где мы отдыхали на день независимости, было абсолютно несметное количество гусениц. Я столько много никогда раньше не видел. Они были все одинаковые, одного вида, и отличались только размером и степенью подвижности или живучести. Они были везде, просто везде, от них было некуда деться. В некоторых местах на коре крупных деревьев они покрывали достаточно значимую территорию, и их было столько много, что казалось, дерево накрыто куском плотного мохнатого ковра.
Понятное дело, я сразу показал Санькину этих гусениц, посадил одну, другую, третью, ему на руку и, как говорится, назад мы уже после этого не оглядывались. В тот приезд Александр поймал, потрогал, посадил на руку, рассмотрел и изучил практически каждую гусеницу. Он их абсолютно не боялся и однозначно проявил к ним интерес. Он регулярно просил нас посмотреть на ещё одну найденную им гусеницу, хотя она была идентична всем предыдущим. В общем, с гусеницами мы тогда познакомились на славу. Одну из них мы даже не заметили, когда в день отъезда упаковывали палатку, и в вледующий приезд в то же место увидели уже не гусеницу, а полноценный кокон—природа взяла своё, даже внутри посностью свёрнутой и упакованной палатки.
На прошлой неделе, ровно год спустя, мы опять были с палаткой в том же самом кэмпинге. И конечно мы помнили про гусениц, и некоторые из нас даже ждали новой встречи с ними. Оказалось, что гусеницы нас не подвели и опять присутствовали, и их опять было много, но с прошлым годом даже сравнить нельзя. И Санькин опять их ловил, рассматривал, и показывал нам. Настя тоже участвовала в процессе, но более пассивно, чем Саша. Она гусениц сначала немного побаивалась и не желала сажать их себе на руку. Александр этим немного пользовался и иногда пытался пугать Настю гусеницами. Но Настино мужество и интерес росли, и достаточно быстро она начала сама замечать и показывать нам всем очередную гусеницу, которую она нашла. Настя не могла волностью выговорить слово “гусеница” и поэтому говорила как могла: “гусина”. Вон гусина. Папа, гусина ползёт. Мама, а эта гусина спит? Саша, а я нашла бааааальшую гусину! Под конец нашей короткой поездки наша маленькая Гусина, наравне с Сашей, сажала себе на руку сразу нескольких гусениц и с удовольствием наблюдала, как они расползались в разные стороны. И радостно покрикивала: А А А А гусина!